Юз Алешковский — Белые чайнички

БЕЛЫЕ ЧАЙНИЧКИ
Посвящается Ирине Никифоровой

Раз я в Питере с другом хорошим кирнул,
он потом на Литейный проспект завернул,
и все рассказывает, все рассказывает,
и показывает, и показывает.

Нет белых чайников в Москве эмалированных,
а Товстоногов — самый левый режиссер.
Вода из кранов лучше нашей газированной,
а ГУМ — он что? Он не Гостиный Двор.

Вы там «Аврору» лишь на карточках видали,
а Невский — это не Охотный ряд.
Дурак, страдал бы ты весь век при капитале,
когда б не питерский стальной пролетарьят.

А я иду и возражать не пробую,
черт знает что в моей творится голове,
поет и пляшет в ней «Московская особая»,
и нет в душе тоски по матушке-Москве.

Я еще в пирожковой с Кирюхой кирнул,
он потом на Дворцовую площадь свернул,
и все рассказывает, все рассказывает,
и показывает, и показывает.

У вас, в Москве, эмалированных нет чайничков,
таких, как в Эрмитаже, нет картин.
И вообще, полным-полно начальничков,
а у нас товарищ Романов один.

Давай заделаем грамм триста сервелата!
Смотри, дурак, на знаменитые мосты.
На всех московских ваших мясокомбинатах
такой не делают копченой колбасы.

А я иду и возражать не пробую,
черт знает что в моей творится голове,
поет и пляшет в ней «Московская особая»,
и нет в душе тоски по матушке-Москве.

Я с Кирюхою в рюмочной рюмку кирнул,
он потом на какой-то проспект завернул,
и все рассказывает, все рассказывает,
и показывает, и показывает.

Нет белых чайничков в Москве эмалированных,
а ночью белою у нас светло, как днем.
По этой лестнице старушку обворовывать
всходил Раскольников с огромным топором.

Лубянок ваших и Бутырок нам не надо.
Таких, как в «Норде», взбитых сливок ты не ел.
А за решеткой чудной Летнего, блядь, сада
я б все пятнадцать суток отсидел.

А я иду и возражать не пробую,
черт знает что в моей творится голове,
поет и пляшет в ней «Московская особая»,
и нет в душе тоски по матушке-Москве.

Мотоцикл патрульный к нам подъехал вдруг,
я свалился в коляску, а рядом мой друг.
«В отделение!» А он все рассказывает,
и показывает, и показывает.

Нет белых чайничков в Москве эмалированных,
а Товстоногов самый. отпустите, псы!
По этой лестнице старушку обштрафовывать.
Такой не делают копченой колбасы.

Алешковский Юз. Собрание сочинений. В трех томах. Том 3. — М.: «ННН», 1996

Залайкать и забрать к себе на стену:


Видео еще не существует