Михаил Щербаков — После холодности безбрежной

ПОСЛЕ ХОЛОДНОСТИ БЕЗБРЕЖНОЙ…

После холодности безбрежной,
безнадежной, из года в год,
после медленной этой казни,
затяжной, как болезнь, как песнь,
ты, Бог весть для какой причуды,
глаз и рук своих ад и мёд
вдруг распахиваешь навстречу мне,
забывшему, кто я есмь.

И молчу я, дыша едва.
Сердце вспыхивает и гаснет.
Слух не внемлет. Ни рук, ни глаз нет.
Гортань мертва.

Так, быть может, иной пернатый
с юных дней в стенах четырёх,
позабыв назначенье крыльев,
долгий срок живёт взаперти,
и, когда он уже не птица,
кто-нибудь — невзначай, врасплох —
открывает ему просторы:
что, мол, делать с тобой! Лети.

Но ведь это — янтарь, слюда,
безделушка ручной работы.
Уж какие ему полёты!
Беда, беда.

А представь-ка себе, что узник,
не найдя на окне замка,
от внезапности ошалеет
и шагнёт, ошалев, в окно —
потому что, увидев небо
без малейшего огонька,
возомнит, что оно — в алмазах.
А такое не всем дано.

Только гений он или бахвал —
мягче камни внизу не станут.
Обманулся или обманут —
равно пропал.

Берегись выпускать на волю
сумасброда, слепца, певца.
Берегись, он весьма опасен,
ибо с бездной путает высь.
Если ж выпустишь, то немедля
сожаленье сотри с лица,
задави в себе состраданье
и тогда уж — не берегись.

Можешь с лёгкой душой смотреть,
как он, падая, улыбнётся:
что, мол, делать с тобой! Придётся
и впрямь лететь.

Щербаков М. К. Другая жизнь / Сост. И. Грызлов. – М.: Аргус, 1996

Залайкать и забрать к себе на стену:


Видео еще не существует
/* */