Михаил Щербаков — Вторник, второе августа

ВТОРНИК, ВТОРОЕ АВГУСТА…

Вторник, второе августа, время — десять без десяти.
Лето в поре, однако сказать, что жарко, никак нельзя; не жарко.
Солнца не хватит даже и малый паводок извести.
Впрочем, откуда паводок? Ветер слаб, небо чисто. Суха лежанка.

Я вчера фантазировал, и фантазия мне удалась.
Выдумал я, что лету как раз и следует быть вот таким, как это.
Дням его надлежит шелестеть прохладно, свободно длясь.
Тут, полагаю, ты возмутишься — мол, тоже мне лето!

Кроме того, я выдумал разнополых двух визави.
Скачут они по корту в одном белье и туда-сюда мечут мячик.
Эти самец и самка в прямом родстве с божеством любви.
Даром что он кретин, а она неряха, как сотни её землячек.

Очень ему по нраву её четыре ноги и хвост.
Ей же в не меньшей степени импонируют бивни его и когти.
«Ужас!» — воскликнешь ты, а по мне — так это потомки звёзд.
Глаз не свожу, слежу, всё ли там у них ладно на корте.

Вроде пока всё ладно — танцоры, музыка, верхний свет.
Жаль вот, листва кругом чересчур жива: в натуральном искусство тонет.
Из-за листвы-то зритель и не ликует, что нет, то нет,
Плачет и стонет он, не препятствуй, пусть, если хочет, плачет и стонет.

Многим ещё в новинку велеречивые позвонки.
От болтовни запястий был и со мною когда-то спазм, весь вышел.
Веруй, что есть в природе и кроме этого языки.
Спорить не буду, может и есть, не знаю, не слышал.
. . . . . . . . . . . .

Хочешь обратно деньги? вот, изволь, получи с меня.
Но не казни артиста за то, что он себе самому не равен.
Этот шмель не летит, он исполняет полёт шмеля.
Этот столетник дня не живёт, но тем и забавен.

Щербаков М. К. Другая жизнь / Сост. И. Грызлов. – М.: Аргус, 1996

Залайкать и забрать к себе на стену:


/* */