Купите лепешки


КУПИТЕ ЛЕПЕШКИ

Однажды в Обжорном ряду
С лепешками Валя стояла,
И в этом кипящем аду
Лепешки она всем предлагала:

— Купите лепешки,
Купите лепешки, купи.
Если дорого Вам,
Уступлю я немножко,
Они из пшеничной муки!

Вот раз проходил по Обжорке
Весь в кожаном важно чекист.
Он искал спекуляции норки
Там, где они завелись.
В момент продавщицы удрали,
Осталась лишь Валя одна,
И не заметив, что всех разогнали,
Комиссару спела она:

— Купите лепешки,
Купите лепешки, купи
Если дорого Вам,
Уступлю я немножко,
Они из пшеничной муки!

Комиссар зло усмехнулся,
Он дерзостью был поражен,
И круто он к ней повернулся,
Возвысив начальника тон.
И грозил он тюрьмой ей и башней,
Рисовал режим в злых «Крестах»,
И Валечке вдруг стало страшно,
И запела она вся в слезах:

— Бери все лепешки
Бери все лепешки, бери,
Дай мне пожить,
Ведь жила я немножко
Молодость-жизнь не губи!

Посмотрел комиссар Вале в глазки.
Как видно, он что-то смекнул,
И вспомнил он жгучие ласки,
Веселый средь ночи разгул.
А вечером в легкой коляске
По Невскому мчались они
И все было, как в дивной сказке,
И он напевал среди тьмы:

— Забудь про лепешки,
Забудь про лепешки, забудь,
Ты будешь моею
Единственной крошкой,
Ты моею будь!

И вот под веселые марши
Валя счастье в богатстве нашла,
И стала она комиссаршей
В бриллиантах и шиншиллях.
К ней многие путь находили,
На мужа прося повлиять.
К ней многие путь находили,
Прося похлопотать:

— Угодно ли брошку
Угодно ли брошку, колье!
И летели мильоны
К изящненьким ножкам.
Валю знали все.

Но вот крупное дело случилось,
И Валечка вдруг увлеклась.
Запахло тут дело расстрелом,
И песенка оборвалась…
Комиссар уж давно на том свете,
Погиб он с негодной молвы
А Валя, попав в злые сети,
Просит у праздной толпы:

— Купите лепешки,
Купите лепешки, друзья
Если дорого Вам,
Уступлю я немножко,
Сама пекла их я.

С Facebook Владимира Гельмана, 6 июня 2016 г., без заглавия, с прим.: «Эту песню 1920-х годов часто исполняла моя бабушка. «Силовики», малый бизнес, крышевание и взятки эпохи НЭПа. «

Это больше похоже на интеллигентскую песню послевоенной эпохи, иронически обыгрывающую стиль «дворовых песен» типа «Бледной луной озарился», чем на реальную песню эпохи НЭПа. В ней нарочито много ленинградско-питерского контекста разных эпох («Кресты», Невский, который в годы НЭПа назывался иначе, Обжорный ряд — он размещался на Никольском рынке, но после революции 1917 г. был закрыт). Такая сложная песня не имела шансов на устную передачу — бытовала она скорее письменно и исполнялась (если исполнялась) по тексту. Интерес к НЭПу, как и к Гражданской войне был свойственен для ресторанной песенной культуры 1970-х гг. — ср. с ироничным «Жестоким романсом» («Она была девочка Надя. «) Юрия Борисова, написанном в том же поэтическом размере — трехстопные трехсложные строки с чередованием мужских и женских рифм и свободным варьированием числа безударных слогов (ноль, один или два) до первого ударного. В итоге в каждой отдельной строке получается либо дактиль, либо амфибрахий, либо анапест, что для «высокой» классической русской поэзии — признак непрофессионализма, а для «низовой» куплетной песни типично.

Залайкать и забрать к себе на стену:


Видео еще не существует