Баксанская фронтовая

БАКСАНСКАЯ ФРОНТОВАЯ

Там, где снег тропинки заметает,
Где лавины грозные шумят,
Эту песнь сложил и распевает
Альпинистов боевой отряд.
Нам в боях родными стали горы
Не страшны бураны и пурга.
Дан приказ, недолги были сборы
На разведку в логово врага.

Помнишь, товарищ, белые снега,
Стройный лес Баксана, блиндажи врага.
Помнишь гранату и записку в ней
Под скалистым гребнем для грядущих дней.

Помнишь, товарищ, вой ночной пурги,
Помнишь, как кричали на реке враги,
Как им ответил ревом автомат,
Как возвратились мы с тобой в отряд.

Помнишь, в блиндаже трещали ветки,
В котелке дымился крепкий чай.
Ты пришел усталый из разведки,
Много пил и столько же молчал.
Синими замерзшими руками
Протирал вспотевший автомат,
Глубоко вздыхая временами,
Головой откинувшись назад.

Помнишь, товарищ, белые снега,
Стройный лес Баксана, блиндажи врага.
Помнишь гранату и записку в ней
Под скалистым гребнем для грядущих дней.

Помнишь, товарищ, вой ночной пурги,
Помнишь, как кричали на реке враги,
Как им ответил ревом автомат,
Как возвратились мы с тобой в отряд.

День придет, решительным ударом,
Встанет наш народ в последний раз,
И тогда мы скажем, что недаром
Мы стояли грудью за Кавказ.
Там, где день и ночь бушуют шквалы,
Тонут скалы черные в снегу,
Мы закрыли грудью перевалы
И ни шагу не дали врагу.

Время былое пролетит, как дым,
В памяти развеет прошлого следы,
Но не забыть нам этих грозных дней,
Вечно сохраним их в памяти своей.

Помнишь, товарищ, белые снега,
Стройный лес Баксана, блиндажи врага,
Кости на Бассе, могилы под Ужбой,
Помни, товарищ, помни, дорогой.

Прислал Павел Шехтман 11.9.2008, слышал от отца.

Песня сложена в январе-феврале 1943 г. бойцами сводного отряда альпинистов 897-го горнострелкового полка 242-й стрелковой дивизии Закавказского фронта, воевавшими в районе Эльбруса. Первые строки сочинили Любовь Коротаева и Николай Персиянов в начале января 1943 г. Мелодия — из танго «Пусть дни проходят» (слова Ильи Финка, музыка Бориса Терентьева, 1938; на эту же мелодию создана «Жил в Ростове Витя Черевичный»). В дальнейшем «Баксанская» (а также «Барбарисовый куст») стала популярной песней альпинистов и туристов. Есть ее дальнейшие переделки времен войны в Афганистане 1979-1989 — см. «Бой гремел в окрестностях Кабула. «

Из книги инструктора военного альпинизма Михаила Боброва, который воевал на Кавказе вместе с авторами песни (Бобров М.М. Фронт над облаками. СПб.: СПбГУП, 2005. С. 114-116.):

В январе 1943 года наши разведчики получили приказ добыть сведения о расположении на склонах Чегета огневых точек и позиций фашистских горных егерей. Для этого следовало забраться на высоту свыше 4000 метров. Группа в составе одиннадцати воинов под командованием лейтенанта А.И. Николаева, двух инструкторов военного альпинизма — Любы Коротаевой и Андрея Грязнова — поднималась с юга по склонам Донгуз-Оруна. Было морозно. Ночь застала бойцов на скалах. Ночевали, подстелив под себя полушубки и накрывшись сверху другими. Утром Люба с Андреем полезли выше, а группа Николаева осталась для прикрытия. Они вышли на гребень между Малым Когутаем и Донгуз-Оруном и залегли, чтобы не выдать свое присутствие. Ниже, метрах в пятидесяти, находились немцы. Наши ребята пролежали весь день, наблюдая и уточняя расположение противника не только на склонах Чегета, но и у «Старого кругозора», в Баксанском ущелье. Внизу под ними четко были видны огневые позиции и темные фигуры часовых.

Подстраховывая друг друга. Люба и Андрей скрытно продвигались по гребню. Во время этой разведки по старой альпинистской традиции здесь же на гребне сложили из камней тур-пирамидку и оставили там гранату с запиской вмесо взрывателя. Пройдут годы, думали они, и найдут эту записку альпинисты мирного времени.

(Так и случилось. Московский студент, альпинист Симоник, обнаружил в горах тур военных лет, в нем гранату, в которой лежала записка:

«В дни, когда враг побежал под ударами Красной армии, мы поднялись сюда без веревок и палаток, в шубах и валенках, по суровым стенам Донгуз-Оруна, чтобы указать путь наступающим войскам.

Коротаева, Грязнов — инструкторы альпинизма.
03.01.1943 г.»

Под впечатлением успешно выполненной разведки и благополучного возвращения на базу Люба и Андрей сложили песню, первый куплет которой начинался словами:

Помнишь, товарищ, белые снега,
Стройный лес Баксана, блиндажи врага?
Помнишь гранату и записку в ней
На скалистом гребне для грядущий дней.

В последующие дни после ряда боевых действий и снятия фашистских флагов с Эльбруса начало песни было дополнено другими куплетами, которые помогали составить их друзья альпинисты — Николай Моренец и Николай Персиянов. Узнав об этом и впервые услышав песню, Юрий Визбор долго искал лейтенанта Любу Коротаеву. Он сделал интересную передачу на радио, рассказал о создании этой песни и сам исполнил ее под аккомпанемент гитары.

так коллективно родилась песня «Баксанская», которую в туристских и альпинистских лагерях поют по сегодняшний день:

Где снега тропинки заметают,
Где лавины грозные шумят,
Эту песнь сложил и распевает
Альпинистов боевой отряд.

Нам в боях родными стали горы,
Не страшны туманы и пурга,
Дан приказ — недолги были сборы
На разведку в логово врага.

Помнишь, товарищ, белые снега,
Стройный лес Баксана, блиндажи врага,
Помнишь гранату и записку в ней
На скалистом гребне для грядущих дней.

На костре в дыму трещали ветки,
В котелке дымился крепкий чай,
Ты пришел усталый из разведки,
Много пил и столько же молчал.

Синими замерзшими руками
Протирал вспотевший автомат
И о чем-то думал временами,
Головой откинувшись назад.

Помнишь, товарищ, вой ночной пурги,
Помнишь, как бежали в панике враги,
Как загрохотал твой грозный автомат,
Помнишь, как вернулись мы с тобой в отряд.

Там, где днем и ночью крутят шквалы,
Где вершины грозные в снегу,
Мы закрыли грудью перевалы
И не пяди не дали врагу.»

Из жж-сообщества «Война, музыка и песня», опубликовал 2 апреля 2012 года glavholod на основе разных источников:

В 1938 году выпускник Московской консерватории, композитор Борис Терентьев, вдохновившись стихотворением «Семья» поэта Ильи Финка, создает мелодию танго «Пусть дни проходят».

В начале 1943 года появилась песня «Баксанская», написанная на мелодию танго Терентьева, альпинистами — бойцами сводного отряда альпинистов 897-го горнострелкового полка 242-й стрелковой дивизии Закавказского фронта: А. Грязновым, Б. Грачевым, Л. Коротаевой, Г. Сулкавидзе, А. Немчиновым и Н. Персияниновым. Признанными же авторами в большинстве песенников считаются Л. Коротаева, А. Грязнов и Н. Персиянинов.

За несколько дней до проведения боевой операции лейтенанты Коротаева и Грязнов вышли в разведку на гребне хребта между Малым Кугутаем и Донгуз-Оруном. Они оставили под каменным туром разряженную гранату с запиской: «В дни, когда враг побежал под ударами Красной Армии, мы поднялись сюда без веревок и палаток, в шубах и валенках по суровым склонам Донгуз-Оруна (а немцы использовали здесь специально подготовленных, хорошо экипированных и оснащенных для действий в горах егерей дивизии «Эдельвейс». — ) чтобы указать путь наступающим бойцам. » Когда вернулись в отряд, неожиданно сложилась песня, она начиналась со слов «Помнишь гранату и записку в ней. «.

Есть выпуск звукового журнала «Кругозор» 1968 года с репортажем Юрия Визбора, где Любовь Коротаева (и, очевидно, Александр Гусев) вспоминает о создании песни:

«Однажды мы с Андреем Грязновым получили задание: установить пути отступления немцев с Кавказа. Целый день пролежали в снегу на хребте Когутай. А в такой обстановке разные мысли приходят, и мы решили это место отметить. Вынули из одной гранаты запал, написали, что такого-то числа здесь были в разведке лейтенанты Грязнов и Коротаева. Потом сложили тур из камней и положили туда гранату.

Договорились, что кто первый после войны придет — сообщит другому, что снял эту гранату. Ни ему, ни мне не пришлось больше там побывать. Пришло время. Нам приказали сорвать немецкие флаги. Начался путь из Приэльбрусья.

Когда мы остановились в Итколе ночевать, то установили дежурство на веранде балкарского домика. Была чудная лунная ночь, и как раз из Иткола было очень хорошо видно гребень, на котором оставили мы гранату. Все вышли на балкон. Андрей Грязнов стал напевать про себя песню, а потом случайно у него сложились слова: «Помнишь гранату и записку в ней». А потом кто-то добавил: «На скалистом гребне для грядущих дней». И потом у нас такой энтузиазм сразу вдруг появился к сочинению, получилось что-то такое, и начали создавать. «

Николай Персиянинов не дожил до Победы. Гвардии старший лейтенант Персиянинов, комвзвода 6 отд. гв. разведроты 2-ой Воздушно-десантной Проскуровской дивизии, погиб в бою 3 апреля 1945 года.

Андрей Грязнов погиб в 1949, исполняя обязанности начальника спасательного отряда, во время сложных спасательных работ. Пик Андрея Грязнова (4421 м) находится в Киргизском хребте на Тянь-Шане.

Любовь Коротаева стала доцентом Университета дружбы народов имени Патриса Лумумбы, где и проработала всю жизнь. Кандидат химических наук. Скончалась 18 января 2000 года в Москве.

А «Баксанская» стала популярной песней альпинистов и туристов. Настолько популярной, что во время Афганской войны на мотив «Баксанской» бард Юрий Кирсанов написал свои стихи – и песня стала одним из гимнов «афганцев» — «Бой гремел в окрестностях Кабула».

Версий у нее было немало, были и «свои» варианты разных подразделений, как например, гимн группы «Вымпел», так и не очень популярная «официальная» версия — «Догорая, падала ракета…». Мне же больше понравилось исполнение группы «Каскад».

Говорят, что и на других войнах «Баксанскую» часто пели на свой манер, хотя найти примеров мне не удалось.

Впрочем, оригинальный вариант песни популярен и сейчас среди туристов и альпинистов.

ВАРИАНТЫ (4)

Там, где снег тропинки заметает,
Где лавины грозные шумят,
Эту песнь сложил и распевает
Альпинистов боевой отряд.
Нам в боях родными стали горы,
Не страшны туманы и пурга,
Дан приказ — недолги были сборы
На разведку в логово врага.

Помнишь, товарищ, белые снега,
Стройный лес Баксана, блиндажи врага,
Помнишь гранату и записку в ней
На скалистом гребне для грядущих дней?
Помнишь, товарищ, вой ночной пурги,
Помнишь, как бежали в панике враги,
Как загрохотал твой грозный автомат,
Помнишь, как вернулись мы с тобой в отряд?

На костре в дыму трещали ветки,
В котелке дымился крепкий чай;
Ты пришел усталый из разведки,
Много пил и столько же молчал.
Синими, замерзшими руками
Протирал вспотевший автомат
И о чем-то думал временами,
Головой откинувшись назад.

слова — январь 1943
музыка — не позднее 1941

Нам дороги эти позабыть нельзя. Песенник / Сост. А. П. Павлинов, Т. П. Орлова. СПб.: Композитор – Санкт-Петербург, 2005. Этот же вариант ранее ими опубликован в сб.: Павлинов А. Т., Орлова Т. П. Ни пуха ни пера. Студенческие и туристские песни. СПб.: Композитор (Санкт-Петербург), 2000.

2. Баксанская

Там, где снег тропинки заметает,
Где лавины грозные шумят,
Эту песнь сложил и распевает
Альпинистов боевой отряд.
Нам в боях родными стали горы,
Не страшны метели и пурга.
Дан приказ, недолги были сборы
На разведку в логово врага.

Помнишь, товарищ, белые снега,
Стройный лес Баксана, блиндажи врага,
Помнишь гранату и записку в ней
На скалистом гребне для грядущих дней.

На костре в дыму трещали ветки,
В котелке дымился крепкий чай,
Ты пришел усталый из разведки,
Много пил и столько же молчал.
Синими, замерзшими руками
Протирал вспотевший автомат
И вздыхал глубоко временами,
Голову откинувши назад.

Помнишь, товарищ, вой ночной пурги,
Помнишь, как кричали нам в лицо враги,
Помнишь, как ответил с ревом автомат,
Помнишь, как вернулись мы с тобой в отряд.

Там, где днем и ночью крутят шквалы,
Тонут скалы грозные в снегу,
Мы закрыли прочно перевалы
И ни пяди не дали врагу.
День придет, решительным ударом
В бой пойдет народ в последний раз,
И тогда мы скажем, что недаром
Мы стояли насмерть за Кавказ.

Время былое пролетит, как дым,
В памяти развеет прошлого следы,
Но не забыть нам этих грозных дней,
Вечно сохраним их в памяти своей.

Шуткам не учат в наших лагерях.
Если придется воевать в горах,
Вместе с ледорубом возьмешь ты автомат
И, как на страховке, сожмешь его приклад.

Помнишь, товарищ, белые снега,
Стройный лес Баксана, блиндажи врага,
Кости на Бассе, могилы под Ужбой.
Вспомни, товарищ, вспомни, дорогой!

Спутник туриста. Песенник / Сост.: Б. Добровольский, М. Кацнельсон, Н. Курчев, С. Рабинов. Л.: Музыка, 1966. С. 16. Песня создана в 1943 г. воинами-альпинистами 897-го горнострелкового полка 242-й стрелковой дивизии Закавказского фронта (об обстоятельствах сложения песни и ее истории см. очерк Г. Усыскина «Операция „Эльбрус»» в журн. «Костер», № 2, 1966, стр. 5-6); в дальнейшем подвергалась многочисленным переделкам, входила в репертуар военного времени. Особую же известность приобрела в первые годы после войны и до сих пор сохраняется в репертуаре альпинистов. Исполняется на мотив популярного романса 30-х годов.

Русский советский фольклор. Антология / Сост. и примеч. Л. В. Домановского, Н. В. Новикова, Г. Г. Шаповаловой. Под ред. Н. В. Новикова и Б. Н. Путилова. Л., 1967, № 196.

Этот же вариант с нотами — Когда душа поет: Самые популярные песни XX века / Сост. Ю. Г. Иванов, муз. редактор С. В. Пьянкова. Смоленск: Русич, 2006. Там же примечание:

«Последний припев повторяется трижды, каждый раз с новым текстом. Басса — перевал в гребне, разделяющим долину рек Наира и Ненскрыра (Центральный Кавказ); Ужба — одна из труднейших вершин Главного Кавказского хребта к Юго-Востоку от Эльбруса».

3.

Где снега тропинки заметают,
Где вершины грозные стоят,
Эту песнь сложил и распевает
Альпинистов боевой отряд.

Нам в боях родными стали горы,
Не страшны бураны и пурга,
Дан приказ, недолги были сборы
На разведку в логово врага.

Помнишь, товарищ, белые снега,
Стройный лес Боксана и блиндаж врага,
Помнишь гранату и записку в ней
Под скалистым гребнем для грядущих дней.

На костре в огне трещали ветки,
В котелке дымился крепкий чай.
Ты пришел усталый из разведки,
Много пил и столько же молчал.

Красными замерзшими руками
Протирал вспотевший автомат,
Тяжело вздыхая временами,
Головой откинувшись назад.

Помнишь, товарищ, вой ночной пурги,
Помнишь, как кричали нам в лицо враги,
Помнишь, как ответил с ревом автомат,
Помнишь, как вернулись мы с тобой в отряд.

Час придет решительным ударом,
В бой пойдет народ в последний раз,
И тогда мы скажем, что недаром
Мы стояли насмерть за Кавказ.

Время былое пролетит, как дым,
В памяти развеет прошлого следы,
Но не забыть нам этих тяжких дней.
Вечно сохраним их в памяти своей.

В нашу гавань заходили корабли. Вып. 5. М.: Стрекоза, 2001. – без заглавия.

4. Баксанская фронтовая

Где снега тропинки заметают,
Где вершины грозные стоят,
Эту песнь сложил и распевает
Альпинистов боевой отряд.

Нам в боях родными стали горы
Не страшны бураны и пурга.
Дан приказ, недолги были сборы
На разведку в логово врага.

На костре в дыму трещали ветки,
В котелке дымился крепкий чай.
Ты пришел усталый из разведки,
Много пил и столько же молчал.

Синими замерзшими руками
Протирал вспотевший автомат,
Глубоко вздыхая временами,
Головой откинувшись назад.

Там, где днем и ночью крутят шквалы,
Где вершины грозные в снегу,
Мы закрыли прочно перевалы
И ни шагу не дали врагу.

День придет решительным ударом,
В бой пойдет народ в последний раз,
И тогда он скажет, что недаром
Мы стояли насмерть за Кавказ.

Вспомни, товарищ, белые снега,
Стройный лес Баксана, блиндажи врага,
Кости на Бассе, могилы под Ужбой,
Вспомни, товарищ, вспомни, дорогой.

Время былое пролетит, как дым,
В памяти развеет прошлого следы,
Но не забыть нам этих грозных дней,
Вечно сохраним их в памяти своей.

Шуткам не учат в наших лагерях,
Может придется воевать в горах,
Вместо ледоруба возьмешь ты автомат,
Словно на страховке, сожмешь его приклад.

«Сборник походных песен» турсекции (надо полагать, ЦКБ Алмаз), 1958 год, тираж 300 экз., редактор не указан. — подпись: «сл. Грязнов, Коротаева, Персиянинов. На музыку довоенного танго «За зеленым забориком».

Залайкать и забрать к себе на стену:


/**/